November 9th, 2018

Молчание шабли. 10.

Славное море, ни дна, ни покрышки,
Леди Годива скучает в окне,
Предпочитая короткие стрижки,
Леди Годива всегда на коне.

Леди Годива выходит на сцену,
Муки блаженства и звуки любви,
Вечно мы путаем Лету и Сену,
Вечно мы путаем все, се ля ви.

И ведь каждый, кто говорит, что поэтов на поколение

И ведь каждый, кто говорит, что поэтов на поколение –
Трое, двое, ну, четверо в лучшем случае,
К таковым относит себя.
И без тени сомнения
На любой вечернике готов читать свое «лучшее».

Разумеется, наизусть: он уважает собственные слова.
Разумеется, все «приличные» умерли: всякие там мандельштамы
Или есенины (у каждого, разумеется, по вкусу братва).
Разумеется, он «ироничен». А вокруг тусуются дамы.

Ну, какие там дамы? Очередная вера холодная,
Тоже одна из двойки-четверки, к чему нарушать идиллию?
Разумеется, он говно. Обычная бездарь блевотная.
Но если ему я налью, может, и вспомнит мою фамилию.

И ведь если он прочитает (случайно) данный стишок,
То искренне скажет: «Правильно ты их, гадов.
Забавная эпиграмма. Стер ты их в порошок…»
И уйдет творить «настоящее»…
Удач тебе, Амонтильядов.