August 26th, 2012

Любовь не крики на амвоне, а вздохи бравых патрулей

Я не верю потешному блуду
И жестокой не верю молве.
И патруль никогда не забуду,
Если с ним повстречался в Москве.

Ты лежишь у меня на кровати.
У тебя на груди два соска.
Я такого не видел во МХАТе,
А ведь я там смотрел ЦСКА.

Или может, Спартак, я не знаю.
Или, может, то был и не МХАТ.
Но зато до сих пор я рыдаю,
Ведь Спартак был жестоко распят.

Или он был убит, а ребята,
Все родные его спартачи,
Вот они-то и были распяты,
Как Москва или как москвичи.

А распятья теперь унижают.
Его пилят огнем и мечом.
Голым телом его обижают.
Я повсюду хожу с кирпичом.

Я не верю ученому люду.
Но с молитвой святой в голове
Православный патруль не забуду,
Если с ним повстречался в Москве.

Я не верю тебе и гандону.
Издаешь ты и визги и писк.
Ну а я на певицу Мадонну
Подаю ей вчиняемый иск.

Ты кощунница, ты извращенка.
Ты читаешь реестр кораблей.
В суд подам на тебя, мокрощелка
На 666 рублей.

Чтобы ты и певица Мадонна
Не могли тут плясать и кадить.
Лучше будет со мной Беладонна
С патрулем православным ходить.

Беладонна - актриса большая.
Не чета она тем, что гавно.
Не читала блудливого Фрая.
А смотрела Чапаев кино

Ты смотрела кино про иуду.
Ты лежала с Мадонной в траве.
Я патруль никогда не забуду,
Что тебя уводил по Москве.

Суд Мадонна и ты проиграешь.
Я издержки во благо пропью.
И тогда ты спасенье узнаешь.
И не станешь рыдать по тряпью.

Кто-то пишет слова в интернете.
Где-то крестики ставят нули.
И лишь птицы свистят на рассвете.
И гуляют в ночи патрули.

Ну, и т.д.

Не дают быть малодушным

Уж больно строг у вас императив.
Не нравится вам, если я не вою.
Да что ж вам вечно плохо, если жив
Поэт и где-то бродит под Москвою?

Ну ладно, стукачам и палачам,
У них и души и тела из стали.
Но почему так хочется всем вам,
Чтоб нас лишь только били и сажали?

И если кто разрежет на куски
Поэта, верно, скажете вы: грустно.
И даже чуть вздохнете от тоски.
На сердце, мол, теперь немного пусто.

И выйдете страдать и воевать,
Зло побеждая гордо и умело.
Таких, как я, у вас большая рать,
И ратью надо жертвовать для дела.

А я не рать, и я иду в метро,
Судьба крыла над вами распростерла.
Я буду малодушным, а добро
Пусть без меня злодейству режет горло.

И пусть ведут намеренья не в ад,
И вы над малодушным посмеетесь.
Но мне не надо ваших баррикад.
Пусть даже вы и правы.
Не дождетесь.