January 18th, 2010

Нежестокий романс

По просьбе Палисандра

Он был записным патриотом,
Она либералкой была.
Ходила на лекции к готам,
Желала вселенского зла.

Он был и упрям, и неистов,
Горел в его сердце огонь.
Она же в кружке сатанистов
Пинала красивой ногой

Два самых известных портрета.
Ни зла не жалея, ни сил.
Она не любила поэта,
А он ее все же любил.

Она клевету клеветала,
А он клеветы избегал.
Она его так обижала,
А он ее так обожал.

Он был утонченным поэтом,
Она критикессой стихов.
И словом своим, как кастетом
Лишала не раз его снов.

И вот в суете мирозданья
Он все же решился и ей
Назначил зачем-то свиданье
В один из трагических дней.

Она, поглядев инфернально,
Сказала ему, не таясь:
Давай, приходи к Триумфальной,
И там я вступлю с тобой связь.

Шалава, а также зараза,
Она не пришла, а поэт
Был властью сурово наказан
За свой одиночный пикет.

Примечание. В оригинале было еще две строфы. Но в одной упоминается синагога, а она тут не к месту, а в другой – один обидевший меня литератор, а он тут тем более не к месту. Никакого отношения к современной российской действительности стихотворение, как нетрудно догадаться, не имеет. Триумфальная – известная улица в одном из пригородов Саппоро. Конец примечания.